|
а потом мы с лялей поехали к морю по извилистой такой дорожке, которая скоренько впала в ступор. шииит, сказала ляля, вот я так и знала, что сегодня все поедут к морю. ляля ошиблась, на море всем было начхать, все ехали на pumpkin fest. это так красиво, куча тыкв, целые горы тыкв, море тыкв, маковое поле тыкв, пропасть во ржи. кроме тыкв - временные карусели, люди с тележками, снующие в поиске самой подходящей красотки, дети, собаки. все это бегает и смеется.
море разочаровало, оказавшись океаном. ты что, орала я на лялю, не видишь разницы? море делает фырфырфыр, а океан делает фыыыыр, фыыыыыр, и он похож на огромную гору постельного белья. сумасшедшая, сказала ляля, и мы поехали обедать в риц карлтон недалеко от сан матео.
в риц карлтоне нас пустили в ресторан (могли бы не), а там имелся огромный негр с контрабасом. меня бы таким большим инструментом просто пришибло, и негра я зауважала моментально.
мы с лялей хлопали после каждой песни, ребята музыканты страшно нами прониклись и спросили у публики: что сыграть, господа? кто-то сказал - сыграйте, пожалауйста, summertime. бляяяя, сказала я громко, только не summertime. о, обрадовался негр, вы что, тоже музыкант? нет, ответила я, но представляю как вас задолбало. сыграйте лучше georgia. georgia on my mind.
а потом мальчик восьми лет подарил мне детское меню-раскраску, надписав: от твоего друга джона.
мне через несколько часов вылетать обратно, переваривая тыквы, запахи, маленькие дорожки, наглых белок, грызущих орехи, теплое солнце, красные листья и тишину.
я скоро вернусь, ляля. ноябрь, декабрь, январь, февраль, март.
|