Category: фотография

Category was added automatically. Read all entries about "фотография".

оля

(no subject)

предполагалось, что я буду ездить по городу на трамвае, прикинувшись булгаковской марго.
как мы помним, чтобы защитить свою любовь, женщина становится ведьмой.

мы поймали последний свет, сожрали по дороге крошку-картошку, извели на меня кучу красок.
марина колдовала над моим лицом около часа, у нее чемоданище волшебных кремов, которые делают любую прекрасней.

про настю же - человек держит фотоаппарат так, как ангел амура свой колчан со стрелами: бьет по больному, вытаскивая на свет невозможное.

Collapse )
оля

знакомься, ляля, это мари

когда мы с мари [info]taoky фотографировались у прекрасной и обожаемой н[info]4uzhaya, то решили лечь в гамак, чтоб полнее отразить наш богатый внутренний мир. там еще таня лежала с непроизносимым ником, но ее мы из кадра попросили, будет знать как приходить на фотосессию в подтяжках.

ей богу, не думали, что выйдет так пикантно, но вот. 
 

Collapse )
оля

старые картинки

под катом - старые такие картинки.
не пишется, друзья, и не пашется.

ну так вот вам старые фото (н, скучаю, мне нужно нового фотосмысла) и вот вам мой почти самый любимый отрывок из Горбунова и Горчакова. почти любимый, потому что самый любимый отрывок вы не сдюжите.

XIII

Разговоры о море

"Твой довод мне бессмертие сулит.
Но я, твоим пророчествам на горе,
уже наполовину инвалид.
Как снов моих прожектор в коридоре,
твой светоч мою тьму не веселит...
Но это не в укор, и не в укоре
все дело. То есть, пусть его горит!..
В открытом и в смежающемся взоре
все время что-то мощное бурлит,
как будто море. Думаю, что море".

"Больница. Ночь. Враждебная среда.
Внимать я не могу тебе без дрожи
от холода, но также от стыда
за светоч. Ибо море -- это все же
есть впадина. Однако же туда
я не сойду, хоть истина дороже...
Но я не причиню тебе вреда!
Куда уж больше! Видимо, ты тоже
не столь уверен, море ли... Беда.
На что все это, Господи, похоже?"
 

ну и далее по тексту. 

Collapse ) 


оля

маленькое бессмертие

вообще, я его почти не знала, своего дедушку диму. он умер от саркомы, когда мне было месяца три. 
так, на фотографиях, конечно, понимаю - вот мамочка, а вот ее папа.
но во времени и вечности нас ничего не связывало.
как я думала.
однажды, ко мне пришла в гости любимая н, и мы просто сидели, трепались, пили вискарь. 
на глаза попались старые фото, приготовленные для сканирования.
смотри, схватила н какую-то картинку, у тебя бровушки этого мужчины.

вот так мы с дедом и пересеклись.

деда с мамой на ручках и улыбающийся кусочек бабы оли.
Collapse )
 

н, спасибо
 
оля

на тропе войны

бабоньки, это чтож делается. 

дорогая подруга, настя не будем называть имени, заразила мужчину. нет чтобы как обычно соблазнить и делов - не такова она. заместо этого подарила ему настя фотоаппарат с наказом совершенствоваться.
вскоре, я заметила - творится странное.

мужчина бродил по квартире, будто потерял гандон что
в доме появились странные треножники из войны миров мал мала меньше, но главное, появилась рыжего цвета книга, с которой он не расставался даже в туалете вообще никогда.

сексуальная жизнь несколько преобразилась, потому что видно же - мужчина ищет новые ракурсы.

дорогая бабушка обучала с раннего детства: необходимо разделять интересы. 
именно так в мою жизнь прочно вошли, прастите, брюс ли и константин кинчев, после чего я перестала доверять бабушке людям. к черту, у самой такие интересы - любой ногу сломит.

но, согласитесь, не разделять интересы любимого мужчины - невозможно.

больше всего мне хотелось быть ему моделью. в голове рисовались картины: вот он смотрит на меня через объектив, остолбенивает (есть такое слово? нету? будет), понимает, что я - редкой красоты и ума натура и женица мне с этого шоколатка.

на деле же он уединялся с камерой, брал маленький штативчик (уж не знаю что конкретно в такой кладут) и фотографировал приступочку. для душа. часами. 

таким макаром у нас образовалась целая сфера мужчининых интересов, мною категорически не разделяемых, а именно: рыбки, марки, фотки.

однажды, возвернувшись домой, я обнаружила, аллилуя,  рыжая книжка пылится, фотоаппарат валяется, а штатив проебан где-то не знаем где. как же возликовало мое сердце и прочее. 
мой, стало быть, навсегда! понял и осознал!
хуй не там то было.

это что, спрашиваю зловеще? это, говорит, игра такая. цывылизация четыре называется. и чо там можно делать, уточняю? ну, строить всякое, отбрехивается. 
из последних сил стараясь приобщиться, предлагаю: давай построим что-нибудь социальное. что-нибудь для простых людей. тюрьму, к примеру. 

не мешай, говорит, рыжий. у меня война тут. ты уж подожди. я скоро вернусь.

и третий день. третий день.

когда ж это кончится, а?

ы?